Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net


ИГОРЬ СЕВЕРЯНИН

(настоящее имя и фамилия — Лотарёв Игорь Васильевич) (1887-1941)

русский поэт, эссеист, переводчик

 

К популярности Игоря Северянина относятся по-разному. Одни говорят, что он был не более чем талантливым рифмоплетом «ресторанно-будуарной тематики», другие, напротив, считают его весьма одаренным поэтом. Бесспорным остается лишь то, что он посвятил всю свою жизнь поэзии и прожил ее, подчиняясь однажды избранному предназначению. Даже в тяжелые предвоенные годы Северянин отказывался поступить на государственную службу, предпочитая, чтобы его считали только литератором.

Многое в поступках человека, в его отношении к жизненным ценностям объясняется полученным в детстве воспитанием. Мать поэта, Наталья Семеновна Шеншина, принадлежала к старинному дворянскому роду, одна из ветвей которого восходила к историку Н.Карамзину. Отец был военным инженером, а родом происходил из владимирских мещан.

 

Мальчик получил превосходное домашнее образование, рано приобщился к театру. Но потом его родители расстались, и он жил то с отцом, то с матерью. Одно время учился в Череповецком реальном училище. Неподалеку от города находилась усадьба его дяди по отцу, где Игорь и проводил каникулы. Когда отец вышел в отставку и получил место коммерческого агента, мальчик отправился с ним на Дальний Восток в Маньчжурию. Он был просто покорен экзотическими красотами и до конца жизни сохранил любовь к морю. Но в душе он все-таки оставался приверженцем северных краев, поэтому вскоре возвратился из Маньчжурии к матери в Гатчину. Даже выбирая себе псевдоним, будущий поэт стремился подчеркнуть связь своего творчества с северной природой. Правда, в печати так и не утвердилось придуманное им написание псевдо­нима — Игорь-Северянин.

В 1904-1905 годах Северянин на деньги дяди издает несколько небольших поэтических брошюр патриотического содержания. В них вошли стихотворения «Гибель «Рюрика»», «Подвиг «Новика»», «Захват «Решительного»», навеянные событиями русско-японской войны.

Сам поэт начало своей литературной деятельности относил к 1905 году, когда в журнале для солдат «Досуг и дело» было опубликовано его стихотворение «Гибель «Рюрика»». Первый же поэтический сборник Северянина «Зарницы стихов» был опубликован в 1908 году.

Ранние стихотворения молодого литератора написаны под явным влиянием известных в то время поэтов М.Лохвицкой и К.Фофанова. Мирру Лохвицкую он просто боготворил, воспроизводя вслед за ней движения соб­ственной души и мечтая о недостижимом. Константин Фофанов же привлекал его своим умением передавать собственные настроения через пейзажные зарисовки. В то же время оба поэта отдавали дань любовным чувствам.

Начало XX века было временем достаточно нестабильным, ощущалась тяга к скорым переменам и одновременно возникало желание совершать нечто неординарное, экстравагантное. В 1911 году Северянин возглавил течение эгофутуризма, куда вошли молодые поэты Р.Ивнев, И.Игнатьев, К.Олимпов. Свои чувства поэта-эготиста (вселенского поэта) он отразит в стихотворении «Эпилог» (1912):

Я, гений Игорь-Северянин,

Своей победой упоен:

Я повсеградно оэкранен!

Я повсесердно утвержден!

 

Со временем у Северянина возникли и свои почитатели. В основном это были гимназистки, слушательницы Бестужевских курсов, студентки-медички, экзальтированные молодые дамы. Для них поэт изобрел особую форму подачи своих стихов: он их не читал, а практически исполнял под музыку. «Мое творчество стало развиваться на двух основных принципах: классическая банальность и мелодическая музыкальность», — писал позже Северянин в своей автобиографии «Образцовые основы».

Его поклонницы с ума сходили от таких, например, строк:

Это было у моря, где ажурная пена,

Где встречается редко городской экипаж...

Королева играла — в башне замка — Шопена,

И, внимая Шопену, полюбил ее паж.

Очень точное определение стихам Северянина позже дал критик Г.Адамович, отметив их «резиново-легкую нарядность». Но все же и он вслед за первыми критиками подтвердил оригинальность стиля поэта.

Настоящая известность приходит к Северянину после публикации сборника «Громокипящий кубок» (1913), который за два года выдержал семь переизданий. Однако популярность поэта носила скорее скандальный характер, чему в немалой степени способствовали известные деятели культуры. Так, прочитав одно из ранних стихотворений Северянина «Хабанера II», Л.Толстой назвал его безнравственным. Эти слова тут же опубликовали все газеты, и читатели, естественно, сами захотели познакомиться с творчеством поэта, который удостоился такой категорической оценки. Что конкретно имел в виду Толстой, было уже неважно; главное, что «стена молчания» критики вокруг Северянина раз и навсегда рухнула.

Однако его поддержал В.Брюсов, который в то время был уже ведущим критиком и мэтром поэзии. Он отме­тил, что Северянин попытался обновить поэтический язык, введя в него арго, неологизмы и необычайно сме­лые метафоры. Хотя, по мнению Брюсова, это у него не всегда получалось, но он надеялся, что «со временем его мутный плеск может обратиться в ясный и сильный поток». Между ними завязалась переписка, и Брюсов одним из первых приветствовал Северянина как главу новой поэтической школы.

Третьим ценителем его поэзии оказался Ф.Сологуб. Хотя он и раскритиковал программу эгофутуризма, вскоре после встречи они впервые вместе читали на вечере свои произведения и даже устраивали совместные гастроли. Между двумя поэтами возникли дружеские отношения, и впоследствии именно Северянин уговаривал Сологуба уехать из страны, как бы предвидя его будущую личную трагедию.

Силу лирического дарования Северянина отмечали также А.Блок, Н.Гумилев, М.Горький. Как и многие дру­гие поэты того времени, Северянин постоянно занимался словообразованием. Он создал целый ряд неологизмов — «взозить», «бездарь», «окалошить», «плутоглазка», «ленноструйный»; увлекался созданием слов с приставкой «без» — безрезье, безнадежье, безвопросен; образовывал глаголы от существительных — крылеть, грозоветь, ветрить, нюнить. Любопытны и его метафоры: «грезы кларета», «лилии ликеров», «шампанский полонез». Нельзя обойти вниманием и его «мороженое из сирени» или «ананасы в шампанском»...

Шаг за шагом Северянин создавал свой образ выдающегося поэта, который пользовался невероятным успехом у женщин и любовью публики. Он даже не называл своих возлюбленных их именами, а каждой придумывал свое, поэтическое.

Свои стихи Северянин всегда пронумеровывал, именуя даже маленькие книжечки «томами». Однако всему на свете приходит конец, и слава стала постепенно покидать его. Со временем от него ушли друзья-футуристы, и он примкнул к кубофутуристам. Издательства тоже постепенно потеряли интерес к его стихам, и поэту приходилось печатать их на собственные деньги.

Однако Северянин не собирался сдаваться, и 1918 год стал годом его триумфа. Он берет верх в творческом соперничестве с Маяковским и становится королем поэтов. Но в это время живой русский классик уже вынужден жить в эмиграции, в Эстонии.

 

Последующие годы жизни поэта были небогаты событиями. Он даже продолжал печататься, иногда его при­глашали выступать с чтением своих произведений. Но теперь ему большей частью просто приходилось бороть­ся за выживание. Северянин никогда не служил, поэтому основным источником дохода была его литературная деятельность. В эмиграции он опубликовал тринадцать книг, практически столько же, сколько до этого издал в России.

Литературных заработков, конечно, не хватало, и он кормился рыбной ловлей или тем, что собирал в лесу. Поэт обосновался в селении Тойла, где обрел и семейное счастье, женившись на эстонке Ф.Круут. Ради их общего благополучия он принимает эстонское гражданство. В 1922 году у Северянина родился сын, которого счастливый отец назвал ...Вакхом, в честь античного бога. Но ведь и свою жену поэт воспевал как Ариадну Изумрудную.

Эстонский период творчества Северянина несколько иной: поэт больше внимания уделяет пейзажной лирике, иногда даже откликается на события современности, хотя в его поэзии не стоит искать откровенно политические стихи. Вершиной лирики Северянина этого времени становится сборник «Классические розы» (1931), а главной темой его поэзии — великая и духовно богатая Россия. До конца своих дней поэт не терял надежды на возвращение сюда.

В поздних стихах Северянина сохраняется присущая его творчеству непосредственность, но в то же время они становятся более традиционными по форме и манере изложения.

С помощью жены он, не владея письменным эстонским языком, осуществляет беспрецедентное издание — составляет антологию собственных переводов «Поэты Эстонии» (1928), за что получает денежную субсидию от министерства просвещения Эстонии. Они вместе также переводят несколько прозаических произведений — книги М.Ундер «Процветенье» и А.Ранкит «В оконном переплете».

Однако через двадцать лет наступил конец счастливой семейной жизни Северянина. Он увлекся другой женщиной, В.Коренди, и расстался со своей женой. Их творческий союз тоже распался. Теперь единственным источником существования для поэта становятся субсидии из фонда «Культурный капитал», которые выделяет ему эстонское правительство.

 

После вхождения Эстонии в состав СССР Северянин всей душой стремится вернуться на родину. В это время он практически ничего не печатает и даже не записывает свои стихи, не видя в том смысла. Однако вскоре началась Вторая мировая война, и его отъезд отодвинулся на неопределенное время. К тому же жизненные сложности усугубили болезненное состояние поэта. В декабре 1941 года Северянин скончался в Таллине от сердечного приступа.

Популярность Игоря Северянина легко объяснима. Он всегда обращался непосредственно к своему слушателю, не отделяя себя от него никакой дистанцией.