Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net


ГАБЕР, ФРИЦ

(1868-1934) немецкий химик

 

В истории науки всегда встречались ученые, деятельность которых развивалась вопреки их убеждениям. К их числу относится и Фриц Габер. Всю жизнь он ненавидел войну, но наиболее значительные открытия сделал, занимаясь разработкой химического оружия.

 

Фриц родился в семье преуспевающего коммерсанта, торговавшего красителями и различными химикатами. Его мать умерла во время родов, и до девяти лет мальчик прожил в доме кормилицы. Отец не хотел видеть ребенка, и лишь женитьба помогла преодолеть отчужденность между ними. Ведь с мачехой и тремя сводными сестрами у Фрица сложились самые теплые отношения.

После окончания местной начальной школы он поступил в Бреславскую гимназию святой Елизаветы, где у него зародилась любовь к литературе. Мальчику нравилось сочинять стихи и читать их на школьных вечерах.

Но в старших классах он серьезно увлекся химией. В 1886 г. Габер поступил в Берлинский университет, но после первого семестра перешел в Гейдельбергский университет, где преподавал известный ученый Роберт Бунзен — изобретатель лабораторной горелки, которая носит его имя.

Под влиянием Бунзена Габер увлекся физической химией и даже провел год в Берлинском техническом уни­верситете, чтобы лучше изучить математику и физику. После блестящей защиты дипломной работы, удостоен­ной докторской степени, Габер прошел стажировку в Цюрихском технологическом институте, где познакомил­ся с новыми химическими и производственными процессами, которые впоследствии вывели Германию в лидеры мировой химической индустрии.

В течение двух последующих лет Габер работал в фирме своего отца, но коммерческая и практическая работа не заинтересовала его. Габер ушел из фирмы и продолжил свои исследования сначала в Иенском университете, а затем в университете Карлсруэ.

Там он занялся производством аммиака, который хотел превратить затем в азотистое соединение — нитрат. В то время насущной задачей для получения больших урожаев становилось производство удобрений, обогащенных азотом: они должны были заменить природные соединения. Габер попытался соединить атмосферный азот с водородом, чтобы получить дешевый аммиак.

Его предшественники пытались синтезировать аммиак посредством прямой реакции между его составляющи­ми — азотом и водородом. Но реакция шла лишь при температуре в 1000° С, что требовало больших затрат.

Правда, другому ученому, Вальтеру Нернсту, удалось доказать, что аммиак может быть получен при более низких температурах, если водород и азот будут находиться под высоким давлением. Однако и этот метод оказался слишком дорогостоящим.

После многих экспериментов Габер объединил оба метода. Он также обнаружил, что замена традиционного катализатора, каковым обычно являлось железо, на осмий и уран существенно увеличивает выход аммиака. В дальнейшем он усовершенствовал методику, сумев использовать тепло, которое выделялось при взаимодей­ствии газов, для поддержания необходимой температуры реакции.

После ряда экспериментов Габер перешел к практической разработке процесса. Вместе с инженером Карлом Бошем он внедрил свой метод на химическом заводе фирмы BASF. Технология получила название процесса Габера-Боша, и до настоящего времени она является основой широкомасштабного производства аммиака во всем мире.

 

После начала Первой мировой войны Габеру пришлось резко изменить направление своей работы. Ему было поручено создать отравляющее вещество раздражающего действия, которое заставляло бы войска противника покидать траншеи. Через несколько месяцев Габер и его сотрудники создали первое в истории боевое отравляющее вещество — горчичный газ. Он был впервые применен против войск стран Антанты около местечка Ипр в Бельгии и был назван ипритом. Уже первое применение вещества привело к отравлению 150 ООО человек.

Создавая иприт, Габер считал, что применение химического оружия может сохранить многие жизни, поскольку приведет к прекращению войны. Но случилось непредвиденное. Когда жена Габера Клара Иммервар узнала, что по вине ее мужа погибло множество людей, она покончила с собой.

Клара была химиком и решительно выступала против выполнения мужем военных заказов. После ее смерти Габер остался с маленьким сыном. Правда, через два года ученый женился на своей сотруднице Шарлотте Натан. У них вскоре родились сын и дочь. Но и этот брак оказался недолгим, в 1927 году супруги развелись.

Любопытно, что признание научных достижений Габера было весьма неоднозначным. В 1918 году его работа по синтезу аммиака была отмечена Нобелевской премией. Но реакция общественности вызвала столь сильный протест, что вручение было отложено на год. Многие ученые считали Габера военным преступником, участвовавшим в создании химического оружия.

Поражение Германии, самоубийство первой жены, осуждение английскими, американскими и французскими учеными привели Габера к тяжелой депрессии. Ученый резко изменил профиль своих исследований и даже провел реорганизацию Института кайзера Вильгельма, где являлся директором.

В 1920 году Габер начинает исследования по извлечению золота из морской воды. Он надеялся, что после успешного завершения проекта Германия рассчитается по репарациям со странами Антанты. Однако после шести лет работы этот проект закончился неудачей. В то же время исследования Габера привели к значительным успехам в области атомной физики, биологии и химии. Научный коллоквиум, организованный им, посещали наиболее выдающиеся ученые того времени, включая Нильса Бора, Отто Варбурга, Питера Дебая, Отто Мейергофа и многих других.

В начале 30-х годов институт стал одним из самых известных научно-исследовательских центров и учебных заведений в мире.

В 1933 году, после прихода к власти Гитлера, положение Габера изменилось. Одним из первых действий нацистского правительства было издание законов, не позволяющих евреям состоять на службе в академических и правительственных учреждениях. Поскольку Габер являлся крупнейшим ученым страны, для него сделали исключение.

Однако после того, как он отказался уволить из своего института ученых-евреев, ему также пришлось уйти. В заявлении об отставке Габер писал: «За более чем 40-летнюю службу я подбирал своих сотрудников по их интеллектуальному развитию и характеру, а не на основании происхождения их бабушек, и я не желаю в последние годы моей жизни изменять этому принципу».

Опасаясь ареста, Габер был вынужден бежать в Англию. Вначале он работал в Кембриджском университете. Но в Англии Габер не чувствовал себя спокойно — слишком многие считали его виновным в гибели многих людей. Поэтому он сразу же согласился, когда будущий первый президент Израиля Хаим Вейцман, химик по профессии, предложил ему работать в палестинском исследовательском институте Даниэля Сиффа в Реховоте.

 

Габер с семьей переехал в Палестину. Но в жарком климате его здоровье резко ухудшилось. Ученый перенес сердечный приступ и по требованию врачей был вынужден отправиться обратно в Европу. Во время остановки на отдых в Базеле он неожиданно умер. Его похоронили на местном городском кладбище.

Лишь через год, в первую годовщину его смерти, более 500 бывших студентов и коллег пренебрегли нацистскими угрозами и собрались в Институте кайзера Вильгельма, чтобы отдать дань уважения своему учителю.