Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net Как правильно варикоз лечить


БАЖОВ ПАВЕЛ ПЕТРОВИЧ

(1879-1950) русский писатель, журналист, критик

 

Большинству читателей Павел Бажов известен как автор и публикатор знаменитых «уральских сказов», объединенных в сборник «Малахитовая шкатулка». На самом же деле его перу принадлежит несколько десятков произведений — две повести, книги очерков, статьи и мемуары.

 

Ранние годы жизни писателя связаны с небольшим уральским горнозаводским городком Сысерть, где он ро­дился в семье мастера сварочно-пудлинговочного цеха. Род Бажовых (или, как писали в XIX веке, Бажевых) связан с историей промышленного освоения Урала. Несколько поколений предков писателя работали на уральских заводах.

Когда мальчику исполнилось семь лет, его отдали в земскую трехлетнюю школу. Павел учился с удовольствием и закончил школу с похвальным листом. Отличная учеба дала ему право на продолжение образования, но не в гимназии, а в духовном училище, поскольку только туда принимали после трехлетней школы. Десятилетний Павел уехал в Екатеринбург и поселился в доме уездного врача Н. Смородинцева, знакомого семьи. В 1893 году он закончил курс с отличием и, решив продолжить образование, поступил в Пермскую духовную семинарию. В годы учебы Бажов много читал, в течение нескольких лет он даже заведовал общественной библиотекой.

По рекомендации Н.Смородинцева Бажов познакомился с известным историком А.Щаповым, жившим в Перми. Можно сказать, что общение с Щаповым стало для молодого человека «вторым университетом». Именно от Щапова Бажов воспринял интерес к истории и к уральскому фольклору.

 

В 1899 году Бажов закончил семинарию третьим по сумме баллов. Директор предложил ему поступать в Ки­евскую духовную академию «на полном казенном содержании». Но это предложение означало обязательное при­нятие.духовного сана, поскольку после завершения учебы он должен был стать священником.

А Павел хотел поступить в университет, чтобы получить светское образование. По закону он мог стать студентом Дерптского, Варшавского или Томского университета, но уже потеряв право на «казенное содержание». Поскольку денег на учебу у Бажова не было, он принимает решение работать школьным учителем русского языка. Вначале его направляют в село Шайдуриха, находившееся неподалеку от города Невьянска. Там Бажову пришлось преподавать в местном духовном училище не только русский язык, но и закон Божий. Но уже через три месяца он получает распоряжение вернуться в Екатеринбург. По рекомендации Н.Смородинцева Бажова назначают преподавателем русского языка в Екатеринбургское духовное училище.

Бажов начал преподавать русский и церковнославянский языки, а также русскую литературу. Одновременно он работал и в городском епархиальном училище для девушек, где и познакомился с ученицей выпускного класса В.Иваницкой. Закончив курс, Иваницкая становится женой Бажова. Вскоре у них рождаются две дочери-погодки.

В училище Бажов впервые начинает систематически собирать уральский фольклор. Каждое лето он уезжает в путешествие по уральским селам и заводским поселкам, чтобы записывать сказки, песни, обряды, фотографировать жителей в народных костюмах.

Можно сказать, что Бажов одним из первых обратился к записыванию рабочего фольклора. Именно из этих экспедиций он привез первые записи сказов — повествований сказочного типа, бытовавших в рабочей среде с середины XVIII века. В них соединились традиционные сказочные сюжеты и отражение повседневного труда рабочих-горщиков, добывавших руду, каменотесов, оружейников. Постепенно Бажов становится своим человеком в среде рабочих. Он выступает как ходатай в суде, помогает решать споры с начальством. В 1905 г. Бажов участвовал в мотовилихинских закамских маевках, за что даже однажды попал в тюрьму, но вскоре был выпущен.

 

Когда началась Первая мировая война, Бажовы перебираются в город Камышлов, к родителям его жены. Там рождается последний ребенок — сын Алексей. Жизнь снова налаживается: Бажов начинает работать в местном духовном училище, печатается в городской газете. Тогда же он впервые сталкивается с большевиками. В апреле 1917 г. его избирают членом местного совета, а в сентябре 1918 г. он становится членом большевистской партии.

Когда началась Гражданская война, Бажов вступает в Красную армию. Он работает в редакции газеты «Окопная правда», выполняет обязанности секретаря партийной ячейки Уральской дивизии. Во время боев за Пермь попадает в плен, но уже через пять дней бежит из тюрьмы в тайгу. Под именем учителя Кирубаева, а затем страхового агента Бахеева принимает активное участие в подпольной работе. После освобождения Перми от белогвардейцев вновь возвращается в Красную армию, но всего через несколько месяцев тяжело заболевает, и врачи демобилизуют его.

Вначале Бажов возвращается к семье в Камышлов, но духовное училище закрывают, и он переходит в редакцию городской газеты «Красный путь». В 1923 г. он переезжает в Екатеринбург и начинает работать в только что созданной «Уральской крестьянской газете», параллельно работает в уральских газетах «Советская власть», «Крестьянская газета», местных журналах «Рост» и «Штурм».

В это время и начинается писательский путь Бажова. В 1924 году он публикует книгу очерков «Уральские были», а затем «Пять ступеней коллективизации». Один из очерков автор послал в журнал «Наши достижения», который редактировал М.Горький. Рукопись Бажова переслали в Сорренто, а через несколько месяцев в Екатеринбург пришло письмо из Италии. Маститый писатель отмечал одаренность Бажова, умение передавать речь рабочих. Одновременно он советовал начинающему писателю оставить журналистику и заняться серьезной литературной работой.

К этому времени Бажов уже был автором нескольких документальных книг по истории революции и Гражданской войны — «Бойцы первого призыва», «К расчету», «Формирование на ходу». От очерков на злободневные темы он перешел к так называемой этнографической беллетристике — произведениям, в которых он описывал жизнь рабочих и каменотесов-горщиков.

В очерках Бажова впервые появляется и образ рассказчика — уральского рабочего В.Хмелинина, известно­го под прозвищем дед Слышко. Стилистику своих очерков Бажов строил на подражании прозе С.Максимова и рассказам Д.Мамина-Сибиряка.

 

В феврале 1936 г. Бажов становится студентом заочного отделения Литературного института. Тогда же он публикует первые сказы, записанные им еще в самом начале XX века, в журнале «Красная новь». Публикация сказов имела неожиданное продолжение. К Бажову обращается писатель В.Бирюков, который по просьбе Горького составлял сборник уральского рабочего фольклора. В нем были напечатаны шесть сказов, впоследствии составившие ядро сборника «Малахитовая шкатулка» (1939).

Главная книга Бажова, принесшая ему всемирную известность, вышла, когда писателю уже исполнилось 60 лет. Замысел книги складывался постепенно. Вначале Бажов хотел построить книгу по классическому типу альманаха-стилизации под фольклор. Повествование должно было открываться рассказом «У караулки на думной горе», где герой-рассказчик представлял историю своим слушателям. В очерке «Тяжелая витушка» история рассказчика заканчивалась.

Но фольклорный материал, записанный Бажовым, не соответствовал подобному замыслу: сказы, записанные в разных местах и в разное время, не могли звучать из уст одного человека. Тогда Бажов резко изменил первоначальный замысел. Он отказался от публикации подлинных текстов и заменил их собственными стилизациями, в той или иной степени соответствовавшими оригиналам. В дальнейшем Бажов дополнял книгу новыми сказами, особенно активно работа шла в годы Великой Отечественной войны, тогда появились «Ключ-камень» (1942), «Живинка в деле» (1943), «Сказы о немцах» (1943), «Сказы об оружейниках» (1944). Повседневному тяжелому труду рабочих посвящены появившиеся в послевоенные годы сказы «Аметистовое дело», «Не та цапля», «Живой огонек» (1949).

«Малахитовая шкатулка» сразу вызвала шквал восторженных откликов. Критика почти единодушно отмечала, что еще никогда ни в стихах, ни в прозе не довелось так воспеть труд горнорабочего, камнереза, литейщика, так глубоко раскрыть творческую сущность профессионального мастерства. Особенно подчеркивалась органичность сочетания самой причудливой фантазии и подлинной правды истории, правды характеров.

Всеобщее восхищение вызывал язык книги, сочетавший сокровища не только фольклорной, но и живой, раз­говорной речи уральских рабочих, смелое самобытное словотворчество, обладавшее огромной изобразительной силой. Но вскоре обнаружилось, что характер этой книги многие читатели и критики понимали по-разному.

Вскоре сложились две тенденции в оценке «Малахитовой шкатулки»: одни считали ее чудесным образцом фольклора, другие — великолепным литературным произведением. Споры вовсе не носили абстрактный характер: ведь существовала давняя традиция литературной обработки, «вольного перепева» произведений устного народно-поэтического творчества. Вспомним, например, «Аленький цветочек» С.Аксакова.

Конечно, Бажов не шел на такие откровенные эксперименты, как Д.Бедный, попытавшийся пересказать эпи­ческие фольклорные произведения в стихотворной форме. Неоднозначное отношение писателя к переделкам проявилось и в собственной его позиции. Одно время он утверждал, что обрабатывал народные сказы, в другое время говорил, что просто собирал фольклор.

Двойственная позиция Бажова объяснялась тем, что в советской фольклористике на какое-то время были утрачены критерии, позволяющие четко отличать произведения фольклора от литературы. Встречались стилизации под фольклор: так. М.Кривополенова создавала вместо былин «новины» про Ленина и Сталина.

 

В середине 30-х годов самого Бажова, как и многих, обвинили в прославлении и защите врагов народа, исключили из партии, лишили работы. В той обстановке признание авторства могло стать опасным для произведения. В отличие от многих других его современников, Бажову повезло: обвинения вскоре были сняты, в партии его восстановили.

В настоящее время фольклористы убедительно доказали, что «Малахитовая шкатулка», написанная на основе уральского фольклора, является тем не менее самостоятельным литературным произведением. В архиве писателя сохранились рукописи, с помощью которых можно восстановить процесс работы автора над композицией произведения, образом, словом.

Бажов свободно соединял произведения разных жанров фольклора. Например, в сказе «Невеста Полоза» он объединил эпизод башкирского эпоса «Алып-манаш» (сохранив даже имя главного героя — Алып) с топонимическим преданием, записанным на озере Тургояк, близ Челябинска. Аналогично был составлен и сказ «Серебряное копытце», где писатель использовал сказку о волшебном олене — золотые рога и быличку о кладе.

Особый цикл составляют сказы, объединенные образами общих героев — Хозяйки Медной горы, мастера Да­нилы и его возлюбленной. В них Бажов соединил уральские топонимические предания, былички и рассказы, записанные им от старых рабочих. В результате и сложился неповторимый цикл сказов о верности и любви, истинной цене и назначении таланта.

В первом издании «Малахитовая шкатулка» содержала 14 сказов, в последних — около 40. Они весьма разнообразны по содержанию, выделяются циклы сказов о мастерах — подлинных художниках в своем деле. Труд воспринимается автором как искусство, творческий процесс (вспомним сказы «Каменный цветок», «Горный мастер», «Хрустальная веточка»).

Любопытны сказы о «тайной силе», фантастических существах («Медной горы Хозяйка», «Малахитовая шкатулка», «Синюшкин колодец»). К ним примыкают сказы об искателях кладов и о сокровищах, заключенных в недрах гор. Некоторые произведения заключают в себе ярко выраженную авторскую оценку, носят сатирический и обличительный характер.

Образующие «Малахитовую шкатулку» сказы неравноценны в художественном отношения: явно апологетический характер носят сказы о современности и «ленинские сказы». Наконец, случались и просто творческие неудачи («Золото цветень-горы»).

 

По мотивам сказов Бажова создан кинофильм «Каменный цветок» (1946), опера К.Молчанова «Сказ о камен­ном цветке» (постановка 1950 г.), балет С.Прокофьева «Сказ о каменном цветке» (постановка 1954 г.), симфоническая поэма А.Муравьева «Азов-гора» (1949).