Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net


БЛОК АЛЕКСАНДР АЛЕКСАНДРОВИЧ

(1880-1921) русский поэт и драматург

 

Отец поэта был философом, профессором Варшавско­го университета. Мать — А.А.Бекетова — дочерью изве­стного ботаника А.Н.Бекетова, ректора Петербургского университета. Родители Блока развелись сразу после рож­дения сына, и он воспитывался в семье матери. Его ба­бушка и тетки занимались литературой, переводили, со­чиняли собственные стихи.

После окончания Петербургской гимназии с 1898 по 1901 год Блок учился на юридическом факультете Петер­бургского университета.

На него как на поэта большое влияние оказала клас­сическая литература. Наиболее близким ему был мисти­ческий романтизм В.Жуковского. «Первым вдохновите­лем моим был Жуковский. С раннего детства я помню по­стоянно набегавшие на меня лирические волны, еле свя­занные еще с чьим-либо именем», — вспоминал он в «Ав­тобиографии». Поэзия Жуковского учила Блока чистоте и возвышенности чувств, постижению красоты окружаю­щего мира, тем более что летние месяцы он проводил в подмосковном имении своего деда — Шахматово.

 

Ранние стихи Блока составили первую книгу, вышед­шую в 1904 году, — «Стихи о Прекрасной Даме». Это про­изведение символистское, потому что одной из главных особенностей романтического искусства является устрем­ленность к духовно-нравственным идеалам и восприятие действительности со всеми ее противоречиями, достоин­ствами и недостатками. Для Блока с самого начала и до конца творческого пути многое значили романтические идеалы Вечной Женственности и Христа. Естественно, что со временем отношение поэта к ним менялось.

 

В письмах к Андрею Белому он говорил о Ней, имея в виду Душу Мира, Вечную Женственность, которая в его стихах представала как Прекрасная Дама. Ее образ в ран­ней лирике Блока означал все: красоту земной женщины, гармонию природы и культуры, чувственное и духовное восприятие мира. До конца своих дней поэт оставался верен идеалу Прекрасной Дамы, отсветы и отзвуки кото­рого ощущаются в образах Коломбины, Незнакомки, Снежной Девы, Фаины, Кармен, Изоры, Катьки из «Две­надцати» и, конечно, Руси, России.

Предчувствую тебя. Года проходят мимо,

Все в облике одном предчувствую Тебя.

Весь горизонт в огне и ясен нестерпимо,

И молча жду, — тоскуя и любя.

После выхода «Стихов о Прекрасной Даме» Блок за­нял едва ли не центральное место в рядах символистов.

 

Первая русская революция 1905-1907 годов измени­ла настроение литературы этого периода. Отозвался на революцию и Блок, проявив присущее ему важное каче­ство — социальную чуткость.

Вторая его книга — «Нечаянная радость» — сделала популярным имя поэта уже в широких читательских кру­гах. В сборник вошли стихи 1904-1906 годов и среди них «Девушка пела в церковном хоре», «Незнакомка», «Осен­няя волна». В то время он был одним из самых значитель­ных поэтов России.

Герой Блока становится обитателем шумных городс­ких улиц, жадно вглядывающимся в жизнь. В стихотво­рениях появляются некрасовские интонации: любовь к ро­дине — любовь-спасение, понимание того, что свою судь­бу невозможно представить без нее:

 

 Над печалью нив твоих заплачу,

Твой простор навеки полюбя...

Приюти ты в далях необъятных!

Как и жить, и плакать без тебя!

 

Годы реакции после поражения революции стали для Блока переломными. Это было время переоценки ценнос­тей. Поэт обращается к драматургии, потому что театр — это давняя и через всю жизнь пронесенная привязанность поэта. В юности мечтал быть актером, много играл в лю­бительских спектаклях, и когда он почувствовал желание и необходимость сказать новое слово, драматургия пока­залась ему нужной формой. В 1906 году Блоком были на­писаны три лирические драмы — «Незнакомка», «Король на площади», «Балаганчик».

Кроме того, он постепенно отходит от символистов. В своем дневнике поэт записал: «Никаких символизмов больше: я не мальчик, сам отвечаю за все». Поскольку у него не было возможности организовать издание собствен­ного журнала, он публикует много литературоведческих, публицистических и критических работ.

 

В предисловии к новому сборнику «Земля в снегу» Блок объясняет логику трех своих выпущенных книг: ««Стихи о Прекрасной Даме» — ранняя утренняя заря... «Нечаянная радость» — первые жгучие и горестные вос­торги, первые страницы книги бытия... И вот «Земля в снегу» — плод горестных восторгов, чаша горького вина, когда безумец потеряет дорогу, — уж не вы ли укажете ему путь? Не принимаю — идите своими путями. Я сам знаю страны света, звуки сердца, лесные тропинки, глу­хие овраги, огни в избах моей родины, яркие очи моей спут­ницы. Но не победит и Судьба. Ибо в конце пути, испол­ненного падений, противоречий, горестных восторгов и ненужной тоски, расстилается одна вечная и бескрай­няя равнина — изначальная родина, может быть, сама Россия...»

Так в блоковской поэзии возникает основная тема — Россия. Она захватывает поэта полностью. Ощущение отчизны как живого существа сливается у него с чувством любви. «В поэтическом ощущении мира нет разрыва меж­ду личным и общим», — говорит Блок.

 

От своих предшественников он отличался тем, что к судьбе России относился не отвлеченно, а как поэт — с интимной любовью. Поэтому образ родины у Блока свя­зывается с образом молодой красавицы, невесты, жены.

О,Русь моя! Жена моя! До боли

Нам ясен долгий путь!

Родина предстает не только поэтической, прекрасной, нетленной, но и нищей — с серыми избами, расхлябан­ными дорогами, острожной тоской, глухой песней ямщи­ка. Но чувство ее вечной красоты помогает Блоку верить в ее будущее, в то, что она преодолеет все тяготы и пре­пятствия на своем пути.

 

В небольшом цикле «На поле Куликовом» (1908), со­стоящем из пяти стихотворений, Блок достигает верши­ны русского классицизма. Он проводит аналогии между двумя событиями: битвой на Куликовом поле и сложной политической и революционной ситуацией начала XX века.

Поэт надеется, что путь во мгле, «в тоске безбрежной», будет пройден: «Домчимся. Озарим кострами степную даль». Он верит в то, что разум и высокая духовность сра­зятся со всем, что делает жизнь грязной, пошлой, беспрос­ветной. Поэт видит смысл жизни в неуспокоенности, в движении к добру:

И вечный бой! Покой нам только снится

Сквозь кровь и пыль...

Летит, летит степная кобылица

И мнет ковыль...

Многозначительно выглядит примечание автора к это­му циклу: «Куликовская битва принадлежит к символи­ческим событиям русской истории. Таким событиям суж­дено возвращение. Разгадка их еще впереди».

 

Октябрьская революция вызывает у Блока творческий подъем и гражданскую активность. В январе 1918 года он пишет поэмы «Двенадцать» и «Скифы», а также публици­стическую статью «Интеллигенция и революция». Поэт считал, что революция ведет к неведомым, но прекрасным целям. В этой статье он утверждал, что революция — это вырвавшаяся на волю народная стихия. «Она сродни при­роде. Горе тем, кто думает найти в революции исполне­ние только своих мечтаний, как бы высоки и благородны они ни были. Революция, как грозный вихрь, как снеж­ный буран, всегда несет новое, неожиданное; она жесто­ко обманывает многих; она легко калечит в своем водово­роте достойного; она часто выносит на сушу невредимы­ми недостойных; но это ее частности, это не меняет ни общего направления потока, ни того грозного и оглуши­тельного гула, который издает поток. Гул этот все равно всегда — о великом».

Призвав интеллигенцию участвовать в строительстве нового мира, Блок сам работает в Государственной комис­сии по изданию классиков русской литературы, служит в репертуарной секции театрального отдела Наркомпроса, сотрудничает в возглавляемом Горьким издательстве «Всемирная литература».

 

Но жизнь в голодном Петербурге, напряженные отно­шения в семье и разочарование в революции приводят к творческому кризису. Последующие годы поэт проводит в состоянии глубокой депрессии. В апреле 1921 года Блок заболел, в мае состояние его резко ухудшилось, и 7 авгу­ста он скончался.

 

Переход из XIX века в XX — из века «железного», как называл его Блок, в век еще более железный — для поэта было все равно что переход с освещенной солнцем сторо­ны на неосвещенную сторону. Но он считал, что долг со­временного художника — стремиться к вершине, «на ко­торой чудесным образом подают друг другу руки закля­тые враги: красота и польза».